No Image

Фото сгоревших домов в деревне

СОДЕРЖАНИЕ
2 просмотров
15 ноября 2019

Лауреат премии World Press Photo фотограф Данила Ткаченко представил свой последний проект и рассказал журналистам, что, возможно, уедет из России. На него ополчились тысячи людей в социальных сетях, а градозащитники подали жалобу в министерство культуры. Не исключено, что будет заведено уголовное дело. А всё потому, что для снимков он поджёг пустующую деревню. И красил заброшенные церкви в чёрный цвет.

28-летний фотограф Данила Ткаченко за свою недолгую творческую карьеру успел стать номинантом самой престижной награды для современных художников в России — премии Кандинского, а также лауреатом World Press Photo. Всего в его резюме два десятка международный премий. Но до вчерашнего дня о нём мало кто знал, кроме коллег и специалистов по современному искусству. А теперь он, возможно, самый ненавидимый художник в России.

Интервью с Ткаченко, в котором он рассказал о своей последней работе, серии снимков «Родина», вышло на сайте Colta ещё 23 ноября, но в течение недели на него обратили внимание краеведы, правозащитники, блогеры, журналисты, а вслед за ними — рядовые пользователи социальных сетей. И почти никому он не понравился. Дело в том, что для нескольких фото Данила поджёг заброшенную деревню где-то в российской глубинке.

Вот ты попадаешь в деревню, в которой жили люди, видишь их вещи — письма, фотографии, кучи журналов и газет, и вся эта трухляшечка начинает тебя захватывать, очаровывать. […] В какой-то момент я решил расстаться с этим радикальным образом. Конечно, это по-русски: взять и на хрен сжечь.

Превью фотографий опубликованы на личном сайте Ткаченко. Это серия вечерних и ночных снимков с горящими постройками и предметами. Где именно находились сожжённые постройки, Ткаченко скрывает.

Проектом фотографа возмутились активисты и градозащитники. В сообществе «Благотворительный фонд «Крохино» появилась гневная запись.

Враги сожгли родную хату… Но нет, это не враги — свои. А ещё теперь это называется современным актуальным искусством. […] Какое-то время после этой публикации уходит на осмысление прочитанного. Это вообще кажется неправдой и не должно быть правдой. Страна для этого «творца» не просто мертва, но ещё и годна для любых экспериментов, какие придут в его одарённую голову.

Авторы поста призывают правоохранительные органы обратить внимание на работы Ткаченко. Церкви, которые он использовал для проекта «Монументы», возможно, находятся в Вологодской области, в том числе в деревне Царёво Тотемского района, пишет в фейсбуке Михаил Ильин, активист и основатель компании «Неизвестная провинция». Не исключено, что поджоги Ткаченко совершал в тех же местах.

Главный редактор сайта «Православная Москва» священник Михаил Дудко возмущается акцией в фейсбуке.

Mikhail Dudko

Ему вторит писатель Дмитрий Ольшанский.

Дмитрий Ольшанский

Протестуют самые разные люди, от авторов сайта «Православие и мир» до пользователей Pikabu.

В группе, посвящённой сохранению затопленного храма в Крохино, наткнулся на совершенно чудовищную информацию и решил поделиться ей с аудиторией Piikabu. Итак, живёт на свете некий Данила Ткаченко, фотограф. Некоторые называют его новой звездой российской фотографии. Давайте посмотрим, что же он снимает. Сразу уточню, что всё, что вы далее увидите, — это часть его проекта «Родина». Весь цинизм этого названия вы сможете оценить ниже. Например, он поджёг опустевшую деревню ради фото.

Руководитель благотворительного фонда «Крохино» Анор Тукаева рассказала «Газете.ру», что планирует обратиться в министерство культуры и Росимущество с требованием проверить деятельность Ткаченко, которого она сравнивает с Петром Павленским, тоже совершавшим поджоги для фото и ставшим героем медиа.

Читайте также:  Чем полить компостную кучу для быстрого созревания

В комментариях на Pikabu и в фейсбуке самого Ткаченко пользователи неистовствуют.

— Скажите, вы урод от рождения или вам за это платят? Мне кажется, такое современное искусство должно быть уголовно наказуемо. Перфоманщик вы наш.
— Поздравляю, ты *** ущербный. И уголовка не за горами, разминай дно.
— Нет слов… Просто омерзительно.
— Ну зачем же вы так? Есть же брусчатка Красной Площади, есть, наверное, и что прибить к ней. Или к Кремлёвской стене, дабы не повторяться.
— Почему этому кретину ещё никто фотоаппарат в задницу не засунул?

Призывы к физической расправе встречаются в каждом третьем комментарии.

Особенно возмущает зрителей то, как в интервью Ткаченко рассказывает о работе над проектом.

Последний мой ассистент оказался отличным чуваком, он сам нашёл меня в фейсбуке. Такой расслабленный мужик с бородой, бывший плотник-краснодеревщик на пенсии с инженерным мозгом. Очень помог мне с проектом «Монументы» — мы забирались в старые заброшенные храмы и пытались вписать в них чуждые им архитектурные формы. […] Если подходили местные и допытывались, чем это мы занимаемся, он своим видом сразу клал всех на лопатки: «Есть жалобы? Давайте ваши координаты, запишем». И все отваливались. […] У меня нет желания объяснять, что это современное искусство, нет желания.

Вот как выглядели объекты в проекте «Монументы». Одни были раскрашены в чёрный, другие — завёрнуты в чёрные мешки, третьи — снабжены дополнительными элементами чёрного цвета (например, воздушными шариками).

Рассказывая о «Родине», Ткаченко сравнил себя и своего помощника с бандитами.

Мы с ним были похожи на бандитов: два бородатых чувака на черном джипе с тонированными стеклами, приезжаем, поджигаем, уезжаем. Какое там искусство. Но в этом есть свой шарм.

Автор поста на Pikabu пишет, что у домов и земли наверняка были владельцы, даже если деревня была заброшена, а значит, художник разрушил чьё-то прошлое. На «Православии и мире» юристы обсуждают возможность судебного преследования Ткаченко за уничтожение чужой собственности и риск вызвать стихийное бедствие.

В интервью Colta фотограф предсказал, что многие возненавидят его за проект «Родина», его будут преследовать и, возможно, ему придётся уехать из России.

Чтобы делать уникальные фотопроекты, не обязательно что-то жечь. Доказано чикагским фотографом Джейсоном Питерсоном, у которого в инстаграме миллион подписчиков, хотя он постит там только чёрно-белые снимки городов и случайных прохожих.

Да и шикарные декорации и красивые пейзажи — вовсе не обязательное условие работы фотографа. Дженна Мартин из Монтаны провела фотосессию на складе и в торговом зале строительного гипермаркета, и вы даже не догадались, где сделаны кадры, если бы она не показала процесс со стороны.

Читайте также:  Как оформить горшок для цветов своими руками

Хочу показать вам одну из сотен полуживых деревень глубинки России. Эта деревня ещё полуживая, потому что ДВА – целых ДВА – двора из двух десятков ещё посещаются хотя бы летом. А постоянного жителя – деда 90 лет, я увёз в город ,он пережил всех своих родных и остался один. Он родственник моей тёщи, поэтому было решено его забрать, т.к. один не выживет.

Начну с дорог. Как только свернули с трассы Санкт-Петербург-Псков, дороги начали постепенно кончаться.

Эта ещё на отлично.

Так называемого асфальта осталось на одну полосу.

Хотя стараются,заделывают дары и даже разметка проглядывает.

И наконец грунтовка.

Хотя если честно то эта грунтовка лучше чем асфальт выше.

Доехали. Встретили первых жителей.

Припарковались возле дедова дома. Дальше несколько фото без комментариев.

Единственный дом в деревне из кирпича.Когда то у них сгорел дом,в то время ещё существовал мощный колхоз с управлением в соседнем селе (6 км) и им отстроили так называемый "типовой" дом,лишь бы не уехали.

Вода мутная т.к два жителя берут мало воды.

Курята, как дед их называет, только на них сил и хватает.

Баня, топят по-чёрному.

В доме. Прошу заметить, деду за 90, жена померла 12 лет назад.

Жил с сыном,которого за 2 дня до нашего приезда похоронили.Сыну было 70.

Блин, в доме мало фоток сделал. Это чердак.

Собственно, сам дед Миша. Календарь на стене. Фото: июль 2016г.

Тёща справа, слева – женщина, которая приезжает в отпуск в родительский дом.

Вера(справа которая)очень помогала деду,дай бог ей всего

Для сравнения, интерьер дома Веры. Дом, где хозяйничает женщина.

Такая вот дверь ,на кованых петлях. Наверное, лет 100 ей.

Я ж говорю, время остановилось.

Полазил по сараям.

Попытка ночных фото.

Ну вот, пора в путь. Заехали в соседнюю деревню попрощаться с родственниками

Памятник деревне, сожженной во время Великой Отечественной Войны.

Ну вот, ребята,прошу сильно не пинать, фотал на телефон.Тему, может быть, раскрыл не полностью, но времени было не много.

Вчера в сети наткнулся на большое интервью известного в определенных кругах фотографа Данилы Ткаченко. Сразу хочу отметить: критиковать и осуждать коллег, работающих в различных экспериментальных жанрах – не в моих правилах. Но когда их деструктивное творчество выбирается из стен уютненьких арт-пространств и начинает уничтожать реальные объекты – молчать не нужно.

Так вот, для своего очередного фотопроекта Данила Ткаченко сжег несколько заброшенных домов в деревнях. Судя по фото, некоторые сгоревшие дома могли быть старинными и имели владельцев. Проект, кстати, называется «Родина». Как же характеризует свои «творческие порывы» креативный фотограф?


Данила Ткаченко. «Родина», 2017 © Данила Ткаченко

«Современное искусство» все чаще стало напоминать мне детскую игру в догонялки с возможностью спрятаться в «домик». Этот термин стали использовать все больше и больше странных личностей, которые нарушают чужие границы. Но достаточно произнести «современное искусство» – и ты перестаешь быть просто вандалом, извращенцем и сумасшедшим, превращаясь в «творца». А твой оппонент, по умолчанию – в плебея. Очень удобно, правда?

Читайте также:  Тушеная капуста квашенная рецепт

В интервью журналу «Colta» деятель искусства охотно делится подробностями о том, как он «жег» в заброшенной деревне. Привожу фрагмент интервью:

– «— Ты недавно закончил новый проект «Родина». От чего очищался на этот раз?

— От ностальгии по старым вещам, она меня как-то притягивала. Сжигание хлама расставило некие точки внутри меня.

— С чем именно была связана ностальгия?

— Вот ты попадаешь в деревню, в которой жили люди, видишь их вещи — письма, фотографии, кучи журналов и газет, и вся эта трухляшечка начинает тебя захватывать, очаровывать. Можно засесть на чердаке и сидеть там сутками. Я провел много времени в этих домах. Там нет электричества, но есть нормальная постель и печь. И вот ты там сидишь, копаешься целыми днями и погружаешься в некое замутненное состояние. Такую тарковщину. Есть у него это состояние сновиденческого блуждания. В какой-то момент я решил расстаться с этим радикальным образом. Конечно, это по-русски: взять и на хрен сжечь. Нелогично и неправильно, но я и не претендую на какую-то правильность. После двух лет для меня это был самый логичный выход из ситуации.

— Как ты понимал, что эти дома — ничьи?

— Там дорога — сразу видно, ездят по ней или не ездят. Я не сжигал дома, в которых еще можно жить. Те дома, которые я выбирал, были гнилые, с проваленной крышей. Никому ничего плохого я не делал. Я думал так: можно копаться в этом говне или сжечь, оставить площадку, завершить этап. Сейчас другой мир, где есть интернет, и опыт поколений никому не нужен. Не думаю, что это плохо. Просто переход из одного состояния в другое.

К проекту с деревнями у меня до сих пор очень неоднозначное отношение. Есть в нем какое-то смакование горящих объектов. И огонь слишком отвлекает. Возможно, топорный проект получился. Хотя все мои проекты простые. »

Совсем недавно мы с вами обсуждали Кучепалду и спасение деревень Русского Севера. А сегодня любой «творец» считает, что он вправе просто сжечь чей-то дом. И им, разумеется, будут восхищаться. Проблема состоит еще и в том, что все это «искусство» задает определенные тенденции. Я не хочу, чтобы какие-то безумцы жгли то, что другие всеми силами пытаются сохранить.

Что не так с этими людьми? Почему они даже не понимают, что творят? Как можно защитить от них дома? И, да: как можно охарактеризовать эту «фотосессию» с юридической точки зрения? Видимо, Даниил не понимает, что ветхость дома не гарантирует того, что у него нет собственников.

Комментировать
2 просмотров
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно
Adblock detector